Происшествия

Стивен Дэвис «Молот богов. Сага о Led Zeppelin»

Своего лучшего друга Джимми Пейдж обрел, когда ему было около 15 лет. То была испанская гитара со стальными струнами, которую кто-то принес в их дом после возвращения из Испании. Джимми не знал, что ему делать с гитарой, поэтому отнес ее в школу, где ему показали, как ее нужно настраивать. Он заметил группу ребят, которые окружили ученика, наигрывавшего какую-то песню в манере скиффл, а затем подошел к этому пареньку и попросил его настроить гитару.

Но Джимми быстро перерос скиффл. Когда он услышал американский рок — «Baby Let's Play House» Элвиса и «No Money Down» Чака Берри, — то, по его словам, «испытал прилив возбуждения и энергии и захотел приобщиться к этому явлению». Джимми взял несколько уроков у преподавателя в Кингстоне-на-Темзе, но затем обратился в поисках вдохновения к заокеанскому радио и пластинкам. По вечерам он мог слушать блюз и рок-н-ролл на AFN, радиостанции американских войск в Германии. «От гитарных соло, которые я слышал, у меня мурашки по спине бегали, — вспоминал он позже, — и я проводил многие часы, а порой и дни в попытках их повторить». Сначала он работал над соло с пластинок Бадди Холли, а затем сконцентрировался на Джеймсе Бертоне, гитаристе-новаторе, использовавшем прием «оттянутой ноты» (бендинг) и участвовавшем в записи большинства хитов Рики Нельсона. Отменные соло Бертона уже сами по себе были короткими музыкальными произведениями. Гитарные соло с бендами приводили Джимми в восторг, но попытки сыграть их с нуля оказались крайне затруднительными. Наконец кто-то открыл ему секрет, посоветовав заменить обычную третью струну с обмоткой на более тонкую без обмотки. Иначе воспроизвести «подтяжки» было практически невозможно. Вскоре гитара стала всепоглощающей страстью Джимми Пейджа, и он влился в круг начинающих гитаристов, меломанов и знатоков блюза западного Лондона.

Одним из друзей Джимми был его ровесник по имени Джефф Бек. Джефф сам смастерил себе гитару и уже играл на ней почти год, а в один из выходных он со своей сестрой сел в автобус и прикатил в гости к Джимми в Эпсом. Джефф сыграл соло Джеймса Бертона из песни Рики Нельсона «My Babe». «Мы сразу же почувствовали себя кровным братьями», — вспоминал Джимми.
Испанская акустическая гитара не задержалась у Джимми надолго. Чтобы повторить резкие гитарные звуки Бертона, Чака Берри или Клиффа Гэллапа (который играл с Джином Винсентом), ему было необходимо приобрести электрогитару. Поэтому он устроился разносчиком газет и в итоге купил себе гитару «Hoffman Senator» с электрическим звукоснимателем. Но поскольку у «Senator» не было цельной деки, Джимми не считал ее настоящей электрогитарой. Он уговорил отца ссудить ему денег, чтобы купить дешевую электрогитару «Grazioso», британскую копию классической рок-н-ролльной гитары «Fender Stratocaster».

К 1960 году Джимми Пейдж превратился в настоящего фаната электрической гитары. Высокий, очень худой, смышленый и энергичный, он был чемпионом школы в барьерном беге и хорошим учеником. Но каждый раз, когда он приносил в школу гитару, учителя отбирали ее и держали под замком до четырех часов дня. «Хорошо, что в школе не было уроков игры на гитаре, — размышляет Джимми. — Самообучение было первой и наиболее важной частью моего образования. Уверен, что мы с Джеффом Беком получали наслаждение от настоящей музыки потому, что нас к этому не принуждали».
К 16-летнему возрасту Джимми Пейдж уже играл в местных ансамблях в окрестностях Эпсома. В 1960 году он аккомпанировал на акустической гитаре поэту-битнику Ройстону Эллису на вечере поэзии в лондонском театре «Мермейд». Интерес Джимми к акустическому инструменту возродился благодаря концерту гитариста Берта Янша, чьи техника и страстная манера игры будут прослеживаться на протяжении многих лет в более спокойной музыке Led Zeppelin. Но вскоре Джимми приобрел оранжевую гитару «Chet Atkins Country Gentleman», которых в то время в Англии было очень мало, и через некоторое время уже играл с ансамблями в западном Лондоне. Однажды вечером 1961 года Джимми работал в танцевальном зале Эпсома с группой, которая разогревала танцующих перед выступлением популярных южно-английских ансамблей тех лет — Chris Farlowe and the Thunderbirds и Johnny Kidd and the Pirates. Джимми завел публику своим уникальным, естественным танцевальным ритмом, а в зале оказался лондонский певец и менеджер Нил Кристиан. По окончании программы он предложил Джимми работу лидер-гитариста в его группе The Crusaders. Поскольку Джимми уже сдал выпускные экзамены, родители не стали возражать.

Crusaders исполняли композиции Чака Берри и Бо Диддли перед равнодушной аудиторией, опережая время их признания по меньшей мере на два года. Но в Лондоне 17-летний Джимми Пейдж уже начал создавать себе имидж нового английского короля гитары. В Crusaders он, определенно, был звездой и настоящим лидером, обладая шикарным новейшим инструментом, который прочие юные гитаристы не могли себе позволить. Он заколачивал 20 фунтов в неделю в те времена, когда водитель автобуса в лучшем случае зарабатывал десятку. Он одним из первых среди лондонских музыкантов начал использовать педаль, и едва ли не каждый честолюбивый гитарист равнялся на стиль Джимми Пейджа. Джон Болдуин, молодой гитарист из южной части Лондона, позже сказал журналисту: «Помню, как уже в 1962 году люди говорили: „Обязательно послушайте Нила Кристиана и Crusaders, у них играет потрясающий юный гитарист". О Пейдже я услышал раньше, чем о Клэптоне или Беке».

Crusaders выступали по всей южной Англии, и спустя несколько месяцев на Джимми начало сказываться напряжение. Поскольку он был звездой программы, от него ждали, что он будет изгибаться назад дугой, пока голова не коснется сцены, и выполнять все прочие банальные трюки, к которым прибегали ансамбли тех лет. Здоровье Джимми стало ухудшаться. Crusaders практически жили в своем фургоне, колеся по всей Англии среди туманов и постоянно попадая в аварии на автостраде М1. Однажды вечером во время концерта в Шеффилде Джимми потерял сознание, выйдя подышать на улицу. Очнулся он на полу костюмерной. Врачи нашли у него ангину, осложненную перенапряжением и усталостью. Он недоедал, был истощен и страдал от бронхиального кашля. Столкнувшись с рутиной сценической жизни, постоянной сменой концертных площадок и почти полным отсутствием нормального питания и сна, Джимми решил поставить точку. С неохотой он ушел из Crusaders и поступил в художественное училище в Саттоне, намереваясь посвятить себя живописи.
Пока Джимми учился смешивать краски и рисовать, в Англии зарождался культурный феномен, которому суждено было изменить популярную музыку Европы и Америки. В Ливерпуле, портовом городе на севере Англии, Beatles произвели настоящий фурор благодаря простеньким мелодиям Джона Леннона и Пола Маккартни....

Жизнерадостный чернокожий паренек с комплекцией любителя плюшек - самая что ни на есть отчаянная и чуть ли не последняя надежда ветеранов черного блюза на новое поколение. Другие говорят, очередная, ибо блюз неисчерпаем

К Симондса остаются сильные, не растраченные козыри – неистощимый талант гитариста и способность композитора конструировать на основе старинного блюза и брит/блюза новые темы.  Ну, нет великого голоса у Кима, и он спокойно напевает/проговаривает тексты, а затем бросает в бой свою подвывающую и не растратившую сил гитару

“Кобылка рокабилли” взялась за блюз? Why not?! Она исполняет его по-своему, и вы найдете здесь, конечно, рокабилли, а также свинг и буги. От этого пластинка становится только любопытнее.

Начнём с замечания, необходимого блюзовому ресурсу: 13-й по счету альбом выдающегося деятеля современной американской поп/музыки увёл его максимально далеко от дельта-блюза. Кевин Мур уже  высказывался на эту тему, дескать, хочется поиска, а удалённость от корней преувеличена. Однако что есть, то есть – блюзом тут пахнет очень слабо. Зато утонченная, почти акустическая americana Кеба Мо сделалась ещё более изысканной. Так или иначе, альбом к началу августа провёл блюзовом чатре БИЛЛБОРДА уже 2 месяца

Альбом-пиратка «I Can’t Loose» (1997) был бестселлером на толкучке, бушевавшей в парке вокруг клуба Горбунова

Подписка на новости
Работает без перезагрузки страницы