Лица Блюза

Reverend Gary Davis

Reverend Gary Davis. Некоторые биографии классиков чёрной музыки словно написаны в общих чертах под копирку. Собственно, от многих из них и остались лишь «общие черты»: подробности, сотканные из бытовых мелочей, мыслей, поступков, чувств, свидетельств близких людей,  представляющие истинную историю личности, до нас не дошли. А вот выдающийся преподавательский талант? Или глубочайшая вера в Бога, которая диктует не только стиль жизни, но и характер искусства? Такими (и не только этими) нетипичными особенностями интересна жизнь и творчество Преподобного Гари Дэвиса. Текст Андрея Струкова

1.

Кроме того его называли «Слепой Гари Дэвис», ибо мы имеем дело с ещё одним черным музыкальным гением, общавшимся с миром на ощупь и на слух. Назвать его просто «блюзмен», будет ошибкой. Дэвис играючи практиковал этот жанр, однако, используя голос, банджо, гармонику и гитару, он с лёгкостью порхал в таких сферах как gospel, ragtime и просто «легка эстрадная музыка». Его виртуозная игра на гитаре сделала его супер-звездой поклонников фолка и значительной части хиппи 60-х.   

Родился Гари в 1986-м году, в дальних окрестностях городка Laurence, шт. Южная Каролина (сам Дэвис вспоминал «…наша ферма была на таком расстоянии от города, что мы паровозный гудок со станции не слышали»).

Детства Дэвиса было абсолютно беспросветно. Ему было всего 3 недели от роду, когда что-то случилось с глазами, и лечение безграмотных врачей оставило его слепым пожизненно. Мать, безалаберная женщина, бессердечно обращалась с Гари («…не хотела она обо мне заботиться…»; и даже есть такой фрагмент воспоминаний: «…она хотела, чтоб я умер…сама мне несколько раз про это говорила»). Аналогично мать вела себя и с другими его братьями и сестрами, которые – числом аж 8 – все (!!!) умерли в раннем детстве (по другим источникам – двое детей выжили; ну, и такой вариант не сильно материнские качества оправдывает).

В конце концов, отец передал Гари на воспитание бабушке.

Удручающие эпизоды на этом не закончились. Самого отца убили, когда Гари было 10 лет. По рассказам Дэвиса, отца застрелил местный шериф; не такое уж редкое события для американского Юга в начале XX-го века.

Именно музыкальный дар спасли его от прозябания, от нищенства.

Он много пел для соседей, без инструмента пока; некоторые биографы, впрочем, упоминают традиционную историю про самодельную простенькую квази-гитару из жестянки с проводами-струнами.

И, само собой, участвовал в церковном хоре. Первую настоящую гитару ему купили добрые соседи, вскладчину.

2.

Интересно, что по личным воспоминаниям Дэвиса, собственно блюз он услышал «…где-то году в 1910-м…». В это время четырнадцатилетний Гари – уже по сути профессионал, он постоянно подрабатывал на местных танцульках.

С 15-ти лет начиная, он поиграл в составе нескольких групп (в разных вариантах его биографии упоминают, как правило, Willie Walker's String Band).

Когда ему исполнилось 18, Гари был принят в “South Carolina Institution for the Education for the Deaf and Blind" (понятно: специализированное учебное учреждение  для слепых и глухих). Быстро освоил грамоту «по Брайлю», но через полгода ушёл из школы («…еда мне тамошняя не понравилась»).

Примерно в это время Гари женился.

Несколько лет он подрабатывал музыкальными уроками и разъездными выступлениями: путешествовал с гитарой по окрестностям и даже соседним штатам (Северная и Южная Каролина, Теннеси), играл-пел на улицах, в церковных дворах перед регулярными службами, на домашних вечеринках.

Интересная биографическая и музыкальная деталь – однажды Дэвис поскользнулся на льду, упал и сломал левую кисть, которая в итоге неправильно срослась («с отклонением влево» от естественной анатомической оси). Он полностью восстановил навыки игры, но позже именно этим дефектом (криво-сросшейся кистью) некоторые биографы объясняли его уникальные аккорды, гармонии и приёмы.

3.

Пожалуй, самое время для нескольких строк о собственно стиле Гари Дэвиса и его «привязке» в истории блюза.

Профессиональные оценки его таланта – очень высокие; диапазон от «выдающийся» до «гений».

Дэвиса обычно классифицируют, как представителя пьедмонт-блюза (Piedmont blues), основанного, как известно, на «пальцевом переборе» (fingerpicking). И, даже точнее, Дэвиса считают не столько представителем, сколько провозвестником, оказавшим существенное влияние на формирование этого стиля.

Дэвис – уникальный самоучка, выучившийся играть самостоятельно; и играл он абсолютно всё, причем еще до того, как узнал даже не нотную, а просто грамоту «по Брайлю». В его большом архиве и блюз, и госпел, и рэгтайм, и джаз, и варианты поп-эстрады, и даже военные марши времён Гражданской войны. 

Манера его игры изучена вдоль и поперёк, многие песни записаны в нотах и даже частично зарисованы (как у всякого самоучки, у Дэвиса встречались оригинальные аккорды). Известны даже мелочи: ну, например, на большой палец он надевал пластмассовый медиатор, а на указательный – металлический; только двумя пальцами и перебирал струны; «…а почему не играешь средним пальцем?» - «да больше двух пальцев и не нужно…». Струны выбирал очень плотные («…как телефонные провода», один из собеседников Дэвиса отметил).

Он освоил дополнительно банджо и губную гармонику (правда, строгие рецензенты отмечают, что его харп-навыки примитивны и архаичны).

Обратим внимание, что уже с начала 1920-х годов Гари постоянно подрабатывает музыкальными уроками. Т.е. его игра очевидно, разительно выделяется среди прочих; и, видимо, есть у него некие преподавательские навыки, иначе за что бы ему деньги платили? Преподавание станет его основным приработком до конца жизни. Даже когда он будет жить в относительном достатке – он будет продолжать давать уроки музыки (мне кажется в этом – частичное проявление его религиозного самоощущения; осознание необходимости какого-то педагогического «служения», высоким стилем выражаясь).

4.

В 1924-м году Дэвис развелся.

«Как я обнаружил – она была женой не столько мне, сколько каждому встречному-поперечному…».

В 1931-м году он обосновался в Дархэме (Durham), шт.Северная Каролина. В то время это один из центров негритянской культуры.

В Дархэме он познакомился со многими позже известными блюзменами, в том числе с Bull City Red'ом (гитарист, певец и стирально-досочник, так сказать) и «Слепым Мальчиком» Фуллером (Blind Boy Fuller). Про Фуллера так прямо и пишут – что это именно Дэвис выучил его играть (доучил, переучил). Но Фуллер по первичной популярности, по первым релизам и продажам, обогнал учителя-Дэвиса, особенно среди сельской негритянской общины.

Дэвис, как и его коллеги, играл-подзарабатывал при каждой возможности: стандартный набор ангажементов для всех блюзменов – улица, церковь, домашние посиделки, танцы.

Про Девиса тех лет вспоминают, что уже тогда в его репертуаре преобладали песни духовного содержания; мало того – он прямо убеждал коллег, что петь надо больше спиричуэлы, чем блюзы («…вы получите больше личного удовольствия от духовной музыки», эти его слова цитируют, вспоминают). Хотя по-серьёзному к религии он обратился чуть позже, но пристрастие к музыке именно духовного содержания – уже в те годы проявилось и закрепилось.

5.

Блюз движется вперёд в значительной мере усилиями энтузиастов. Белые и чёрные, мужчины и женщины, профессионалы от музыки и полные профаны, преуспевающие бизнесмены, обычные работяги и даже просто студенты – широчайший диапазон персонажей, от которых блюзмены в разные времена получали разного уровня поддержку, от нескольких долларов, помогавших преодолеть трудный этап жизни, до многолетнего промоушена (часто практически бескорыстного).

Такой энтузиаст повстречался и Гари Дэвису.

Джей Би Лонг (J.B. Long, James Baxter Long) в начале 1930-х годов работал менеджером сетевого магазина-склада в г.Кинстон, шт.Северная Каролина. Лонг очень любил музыку, «…я выставлял граммофон снаружи и заводил все подряд пластинки». Люди останавливались послушать, поболтать; круг местных знакомств ширился; постепенно в этот круг близких знакомых вошли и окрестные музыканты. Опуская детали – через несколько лет Лонг уже работал региональным поисковиком талантов (talent scouter) для Columbia Recording Corporation (без отрыва от основной своей занятости; там он благополучно продвигался по служебной лестнице, время от времени переезжая к новому рабочему месту, в пределах штата Северная Каролина).

Несколько раз в год Лонг привозил найденных им (или заказанных от Columbia) музыкантов и даже целые бэнды в Нью-Йорк или Чикаго, на сессии.

Именно таким образом, через посредничество Лонга, Дэвис впервые попал в Нью-Йорк, где 23-го, 25-го и 26-го июля 1935-го года состоялись его дебютные записи. Дэвис спел-сыграл 2 блюза и 12 спиричуэлов, и подыграл Bull City Red'у.

Первые сессии и первый контакт с «шоу-бизнесом» - не получились.

Дэвис, умелый и уже опытный «уличный» профессионал, не смог сразу приспособиться к студийной работе. Он – слепой – не видел сигналов начала и остановки записи, получался «рассинхрон»; ну и прочие мелкие неудобства и факторы для раздражения.

Кроме того, Дэвис оказался не готов к некоторым бизнес-реалиям. Например, ему, как дебютанту в студии, заплатили за сессии меньшие деньги, чем его коллегам, которые записывались в эти же дни. А Дэвис считал себя более искусным музыкантом и, продолжая его логику – заслуживающим более высоких гонораров.

Досадно, что Лонг, который и привёз Дэвиса на записи, выступал в сложившейся ситуации кем-то вроде бизнес-представителя от Columbia. Дэвис всю свою досаду и всё своё недовольство обращал именно на Лонга. Через несколько дней они серьёзно рассорились и больше никогда не сотрудничали (хотя Лонг приглашал Дэвиса на записи несколько лет спустя).

Видимо, кроме серьёзных денежных вопросов, был в той размолвке и некоторый элемент недоразумения, недовыясненности. Много лет спустя Дэвис и Лонг по-разному вспоминали причину того конфликта. Дэвис однозначно утверждал, что Лонг его обманывал, а про какие-то студийные «накладки» даже и не упоминал. А вот Лонг как раз утверждал, что причины были в Дэвисе, в его неуступчивости по поводу репертуара («..не хотел петь блюзы, хотел петь спиричуэлы»), и в его неприятии студийных технических и коммерческих реалий.

…Как бы то ни было – все эти записи остались, почти все они своевременно (т.е. тогда же, во второй половине 1930-х годов) вышли на ARC («расовом» подразделении Columbia), а в наше время переизданы в нескольких подборках.

6.

Дэвис вернулся в Дархэм, к обычному ритму жизни: выступления, разъезды по окрестностям с теми же выступлениями, преподавание музыки, и – религия.

В 1937-м году он был рукоположен в сан, и официально стал Reverend («Преподобный», «Ваше Преподобие»). Известно, что в те годы это звание иногда отражало не столько реальный сан человека (священник соответствующего прихода), сколько степень уважения к нему со стороны окружающих. В блюзе есть другие музыканты с такими же званиями; так вот, в случае конкретно Гари Дэвиса «Преподобный» – не просто псевдоним, и не только отражение религиозной убеждённости и авторитета, но и подтверждение действительного сана…

(у всех, конечно, в памяти аналогичные примеры из повседневной жизни «белой» глубинки; например – «почётное» звание «полковник». Сколько дней в Армии США отслужил Полковник Том Паркер?)

В том же 1937-м году Дэвис вторично женился. С Annie Bell Wright (такой же глубоко набожной женщиной, как и он сам) Гари прожил до конца жизни.

Вторая половина 1930-х годов – время для блюза неблагоприятное. Музыкального заработка, что в Дархэме, что в окрестностях, на жизнь не хватало.

В 1940-м Дэвис с женой переехали в Нью-Йорк. Она быстро нашла работу (домработницей, стандартная занятость для многих негритянских женщин), а он начал активно выступать на улицах теперь уже Нью-Йорка, и вскоре вся округа знала его под новым псевдонимом – Harlem Street Singer («уличный певец из Гарлема», понятно).

От своего религиозного призвания Дэвис тоже не отказывался, всего год спустя он уже стал священником местной гарлемской церкви, Missionary Baptist Connection Church. Примерно в середине 1940-х годов был период в его творчестве, когда в его репертуаре не осталось песен «светского» содержания, только спиричуэлы.

(конечно, имеет место некоторое «размытие» термина; многие музыкальные историки и журналисты под «спиричуэлом» уже понимают любое сочинение духовного либо душеспасительного содержания; равно перестал приниматься во внимание и фактор «слова и музыка – народные»; поэтому вслед этим историкам и рецензентам я тоже все НЕсветские сочинения Дэвиса называю «спиричуэлами»)

И – Дэвис продолжил преподавание. Многие биографы Дэвиса считают, что его возвращение в шоу-бизнес (записи, концерты, пластинки) состоялось именно через широчайший круг его учеников и знакомых-его-учеников; тем более, что среди его нью-йоркских «школяров» было изрядное количество белых музыкантов, будущих фанатов возрождающегося блюза и фолка.

Десять лет спустя после сессий на Columdia, во второй половине 1940-х годов, Дэвис сделал несколько записей, они сохранились и переизданы значительно позже. Можно сказать, что Дэвис слегка потренировался к своему возвращению в большой шоу-бизнес…

Ещё одно важнейшая встреча -  с Аланом Ломаксом. Из этого знакомства родился великолепный проект, не имеющий себе равных по масштабу. Жена Ломакса, Elizabeth Lyttleton Harold, увлечённый фольклорист, записала огромный архив устных рассказов Дэвиса, который (архив) в напечатанном виде составил более 300 страниц. Собственно, в этом объёме – его беспрецедентность. Вообще Ломакс, его жена и их коллеги часто записывали не только музыку, но и беседы с музыкантами; но чтоб вот такой массив воспоминаний и размышлений – это было впервые.

Справедливости ради надо сказать, что существенную часть этих бесед составили рассуждения Дэвиса на общеморальные и религиозные темы; не будем забывать, что стаж его религиозного служения насчитывал уже почти двадцать лет; естественна некоторая склонность к нравоучениям и душеспасительным беседам.

7.

Почти с первых годов блюз-и-фолк-возрождения - Гари Дэвис стал его активным участником. В начале 1950-х у него пока нет релизов, нет сколько-нибудь масштабных выступлений, но, как окажется позже – в этот период у него не только активно учатся, но его и активно записывают. В 1990-е и 2000-е годы издано несколько проектов (сильно «пересекающихся» по материалу) со схожими подзаголовками «…домашние записи», «…архивные материалы» и т.п. Из пояснений к этим альбомам понятно, что в начале 1950-х Гари Дэвис у себя дома или в скромных студийных условиях напел под запись чуть ли не весь свой архив (позже вновь перезаписанный, и на серьёзных студиях, и на престижных концертных и фестивальных площадках).

Первый для Дэвиса LP-релиз 1954-го года “The Singing Reverend" – это, собственно, не совсем Гари Дэвиса релиз. Альбом записан вместе с Сонни Терри, великим харпером. На мой личный взгляд - в альбоме слишком много Сонни Терри. Кроме своих «фирменных» номеров, в которых Терри, само собой, солирует (вроде “Silver Fox Chase"), он подыгрывает и в остальных треках, но подыгрывает так мощно, что «отвлекает» от Дэвиса (“Say No To The Devil", например).

Второй альбом Дэвиса вышел в 1956-м, опять не сольная его пластинка; в этот раз проект “American Street Songs" c Дэвисом «разделил» ‘Pink' Anderson (Pinkney ‘Pink' Anderson, ещё один блюзмен из довоенной поры, и по рождению – земляк Дэвиса, тоже из Южной Каролины). Материал получился очень выразительным (Андерсон спел так сказать «светскую любовную лирику», а Дэвис – спиричуэлы), и студия Riverside за следующие пять лет переиздала альбом трижды!

В августе 1960-го года Дэвис наконец записал (на Prestige) и выпустил строго-сольный альбом с предугадываемым названием “Harlem Street Singer". Это, видимо, один из самых растиражированных альбомов Дэвиса, только за 1960-е и начало 1970-х годов пластинка переиздавалась пять раз.

Просто по количеству релизов – уже понятно, что Дэвис пробился в категорию известных и авторитетных ну-пусть-не-блюзменов, а, допустим, фолк-музыкантов. Начиная с 1961-го года карьера Дэвиса – это плавная череда живых выступлений на престижных площадках и в Европе, и в США (многократное участие в Кембриджском и Ньюпортском Фолк-Фестивалях, в том числе), а также существенное количество пластинок, как вновь записываемых, так и вышеупомянутых переизданий (общим числом более 20 релизов за 1960-е-1970-е, включая несколько LP в Великобритании и Швеции).

Не перечисляю каждый из альбомов того периода, но хочу отметить релиз 1964-го года “The Guitar and Banjo Of Reverend Gary Davis". Это именно инструментальный проект высочайшего качества, и (в силу свой инструментальности) свободный от ярлыков «светский»/«духовный», которые, всё-таки, сужают значение и смысл каждой отдельной пластинки Дэвиса.

8.

Важнейшая деталь повседневной жизни для Дэвиса в 1960-е – это его стремительно улучшившееся благосостояние.

Во-первых, его собственные гонорары; и во-вторых – справедливо отчисляемые авторские за каверы на его песни.

Например, популярнейшее фолк-трио Peter, Paul and Mary (которые познакомились с Дэвисом лично на ньюпортском фестивале) записали дэвисовскую “Samson And Delilah" для своего дебютного альбома. Пластинка “Peter, Paul and Mary" вышла в мае 1962-го, достигла первого места в Billboard'ском хит-листе, пробыла там 7 недель, а всего в Тор10 – десять(!) месяцев. Автором одной из песен (пусть и под названием “If I Had My Way") честно указан Дэвис; ну и отчисления, видимо, были соответствующие дважды-платиновому статусу альбома.

Это только один пример; вообще песни Дэвиса в 1960-е и 1970-е годы – это уже стабильный источник каверов для многих и чёрных, и белых фолк-блюз-госпел-музыкантов.

Со стремительно растущих доходов Дэвис даже смог купить себе дом, в престижном («для среднего класса») секторе Джамайка нью-йоркского района Квинс.

Увы, насладиться собственно-домашним уютом у Дэвиса осталось уже не так много лет.

9.

Ещё раз вернусь к его музыкальному преподавательскому труду. Вообще непосредственное именно-преподавание – не частое явление в блюз-сообществе. Мы привыкли к историям так сказать опосредованного обучения: кто-то попадал в группу к именитому блюзмену, и, отработав там месяцы-годы, становился и потом пожизненно считался как-бы-учеником мэтра. Примеров не счесть.

Так вот в случае Дэвиса – это именно музыкальные уроки, в самом прямом смысле слова. И замечательное их следствие - из этих уроков выросло беспрецедентное количество фолк- и блюз-менов.

Ну, например, Stefan Grossman, не только музыкант и продюсер, но и сооснователь студии Kicking Mule; и также, в свою очередь, своеобразный блюзовый культуртрегер. Он, кстати, вспоминает о Дэвисе не только как о великом музыканте, но и как о «…фантастически гениальном преподавателе».

Или Ernie Hawkins – музыкант, певец, композитор, который (опять же, в свою очередь) много времени уделяет блюзово-просветительской деятельности.

Или Dave Van Ronk, один из самых разносторонних учеников Дэвиса; он сумел перенять своеобразный универсализм своего учителя, и отметился с проектами, включающими чуть ли не всю палитру народной музыки: фолк, блюз, госпел, даже английский фольклор; и плюс сюда - рэгтайм, чистейший нью-орлеанский джаз и свинг.

Список известных учеников можно продолжать, но, думаю, тезис о великой роли Дэвиса-преподавателя уже подкреплён достаточным количеством примеров.

10.

Итак, во второй половине 1960-х годов в жизни Гари Дэвиса, наконец, наступило заслуженное благополучие и спокойствие. Увы, начало подводить здоровье. Дэвис существенно сократил количество своих выступлений, но часы преподавания, похоже, увеличил. При этом жена Энни (которая к тому времени, уже смогла оставить работу домработницы) стала его своеобразным секретарём. Именно она принимала звонки-заявки на уроки, и, соответственно, назначала дни и часы занятий. Кстати, со временем юные ученики и просто знакомые стали называть её (в чисто блюзовых традициях) Мамой Энни.

Вспоминают, что «…ученики начинали приходить сразу после обеда, занимались с перерывом на ужин до глубокой ночи…, чтобы на следующий день встретиться вновь,…и снова до темноты». С любимыми учениками Дэвис занимался по 3-4 часа кряду!

Интересно, что в общении со своими учениками Дэвис не ограничивался чисто музыкальными вопросами. Он, во-первых, неустанно (но ненавязчиво) проповедовал. «…У него рядом с креслом всё время лежала Библия, заметно зачитанная» (понятно, речь идёт про книгу, отпечатанную брайлевским шрифтом). И, во-вторых, рассказывал множество историй из жизни.

Почти все, вспоминающие о Гари Дэвисе, отмечают его харизму, умение внушить к себе уважение и даже некоторый трепет. Jorma Kaukonen, гитарист Jefferson Airplane, как-то сказал: «Познакомиться с Дэвисом лично – это было всё равно как Элвисом познакомиться…даже, пожалуй, покруче: Элвис-то не умел так на гитаре играть».

11.

В начале 1970-х Дэвис перенёс два инфаркта, и умер от третьего в мае 1972-го года. Печально-символично, что этот смертельный сердечный приступ застал Дэвиса в дороге на очередной его концерт. Его успели довезти до больницы, но спасти уже не смогли…

Энни, его вдова, намного его пережила. Она скончалась в возрасте 103 лет; и (показатель высочайшего авторитета и искреннего уважения окружающих) до последних её дней бывшие ученики Дэвиса и просто добрые знакомые и соседи продолжали активно вовлекать Энни в повседневную жизнь районной общины: приглашали на семейные праздники, концерты, подвозили на службу в церковь, регулярно звонили и заходили в гости.

12.

Кто-то из биографов насчитал свыше 300 композиций в творческом наследии Дэвиса. Существенная часть этого архива – либо собственного сочинения, либо глубокая переработка фолк- и блюз-наследия.

Но, несмотря на такой количественно-богатый архив, рекомендовать «что-нибудь из Гари Дэвиса» для прослушивания – легко. Любой альбом, начиная с “Harlem Street Singer" 1960-го года даёт полноценное представление о стиле и мощи его искусства.

(из двух раньше 1960-го года записанных - стОит прослушать “The Singing Reverend" 1954-го года, совместный с Сонни Терри, хотя бы из-за дуэтного шедевра  “Tell Me Little Woman").

Что особенно поражает в проектах Дэвиса – его удивительная современность (или вне-временность, если угодно). Для многих его ровесников архаика – это либо сознательно выбранный стиль, как, например, у обожаемого мной «Доктора» Исайи Росса; либо, так сказать, имманентная сущность, как, например, у «Биг Боя» Крадапа. А вот Дэвис, его гитара и его мощный вокал – их можно датировать 1950-ми годами, только зная наперёд, что именно альбом 1950-х годов вы слушаете. Некоторые треки особенно поразительны: “Death Don't Have No Mercy" с альбома 1960-го года “Harlem Street Singer"; или тремя годами ранее нарезанная “Cocaine Blues" - звучит абсолютно современно XXI-му веку.

Количество CD Дэвиса буквально подсчёту не поддаётся. Хотя, за исключением некоторых «строгих» подборок (например, “Vintage Recordings", 1994-го года, с переизданиями) всё это – различные компиляции из уже названных альбомов первой половины 1960-х годов.

Ну и – есть множество видео с его выступлений.  

30.8.18  АС

В альбоме немало ярких блюзовых эпизодов. Однако это работа скорее в духе американского рока, нежели американского же блюза, которому Джо отдал должное сполна в ряде предыдущих дисков последних лет. Что же, по законам шоу-бизнеса, маятник должен был качнуться в другую сторону – в сторону более коммерческого подхода, так и вышло 

В случае с проектом “Blues And Boogie» можно сказать: классику чёрного блюза интерпретирует классик американского рока. Звучит диск поразительно свежо и энергично

Сильный диск. Ему явно пытались придать характер жёсткого soul-rock, и оно удалось. Этот тренд, кстати, сейчас можно назвать модой – новое поколение тянется почему-то к подобному звуку. Странно было бы не включить в диск «старые любови» Даны типа кантри и акустического фолка, однако пара песен не меняет общей картины. Огонь, много агрессивной меди и превосходный голос. Зачёт-зачёт!   

На памяти авторов BN столь парадоксальное присутствие наблюдается впервые за многие годы. Поистине загадочное явление: изданная на 4 cd во Франции в 2010 (по лицензии) коллекция находится среди бестселлеров США!

Green and Blues максимально точно отражает содержание диска. Здесь не только песни и композиции Питера Грина (хотя их большинство), но и другой блюз. Блюз других великих исполнителей, но всё равно всё вращается вокруг британского блюза второй половины 60-х, Fleetwood Mac и John Mayall’s Bluesbreakers

Подписка на новости
Работает без перезагрузки страницы