Тексты

B. B. King. Часть 2

&2L&
   Остается только гадать, с каким нетерпение Кинг ждал дня отъезда, продумывая бесчисленное количество раз дальнейшие действия, как решительно он был настроен, если в очередной свой бросок даже до того, как найти жилище и просто перевести дух, он приступает к осуществлению намеченного.
   По прибытии Кинг, оставив пожитки у Бакки Вайта, отправляется прямиком в Западный Мемфис – в город-спутник большого Мемфиса на противоположном берегу Миссиссипи. По его собственному выражению, он реализовывал план, центром которого являлся Сонни Бой Вилльямсон (Aleck ”Rice” Ford Miller aka “Sonny Boy” Williamson#2/1899 - 1965).
    Сонни Бой или «Сынок» - одна из самых колоритных фигур в истории блюза. Великое и забавное в нем не просто соседствовали – они составляли неразделимое целое. К первому относится заслуга Сонни Боя в революционизировании роли миниатюрной губной гармоники. В терминологии кочующих блюзменов, «миссисипский саксофон» годен лишь для аккомпанемента, ни для чего больше. Сонни Бой и Литл Волтер раскрыли его возможности как солирующего инструмента. В Чикаго они стали играть на гармонике, поднося его вплотную, либо прижимая к микрофону, и достигли поразительного эффекта.

&3L&

   Откуда взялся игривый псевдоним? Виллиамсон просто присвоил «интеллектуальную собственность» преуспевающего коллеги также гармониста, певца и композитора John Lee “Sonny Boy” Williamson (1914 - 1948). Его трюки – звучащая гармошка во рту, игра на двух сразу, в том числе при помощи носа, - вздорный, неуравновешенный характер, жадность и даже плоскостопые гигантские ноги, обутые в башмаки с вечно надрезанными задниками, создали Виллиамсону славу ходячего анекдота. Вместе с тем, музыкальное наследие Сонни Боя, связанное по большей части с его работой с 1955 года с фирмой “Chess Records”, невозможно переоценить.

   Возвращаясь к прерванному рассказу, отметим, что теперь Сонни Бой выходил в эфир со своей передачей на волне радиостанции KWEM, - ведь он прославился не только в качестве выдающегося блюзмена, но, и как один из первых негритянских диск-жокеев. Его программа «King Biscuit Show», дебютировавшая в 1941 году в эфире радио KFFA, вещавшей из небольшого городка Хелена в штате Миссиссиппи, - отдельная страница в истории черной популярной культуры. Кстати, и по сию пору каждый будний день KFFA в одно и то же время передает музыку Вилиамсона – в знак величайшего уважения к Сонни Бою. Кинг превосходно помнит, как ежедневно в полдень, во время ланча – нечто вроде ритуала - негры не только в Кларксдейле, но и по всему Югу слушали своего кумира.
   Мистика радио: невидимый человек приходивший в их жизнь при посредничестве гениального изобретения Марконни - Попова находился бесконечно далеко, и одновременно воспринимался как «свой парень», почти член семьи. Во всяком случае, на вопрос, как он решился прийти просто с улицы на радиостанцию со столь дерзкой просьбой, Кинг дает именно такое объяснение.
   Он появился на радиостанции KWEM в момент подготовки Сонни Боя к выходу в эфир, терпеливо дождался его и, поборов робость, попросил о возможности выступить в его шоу. ”Вынок” не выгнал наглеца в шею и не рассмеялся ему в лицо, более того, он заставил его продемонстрировать свое умение. «Ладно, ты выступишь у меня по радио, только смотри, чтобы в эфире было не хуже, чем вот сейчас», - сказал он.
   Объяснение благосклонности бывалого блюзмена было весьма прозаическим. Будучи, как и впрочем, многие сильно пьющие люди, весьма рассеянным, Сонни Бой принял на тот день предложения выступить сразу в двух местах и не сразу сообразил, что ему придётся раздвоится, чтобы попасть в ода места. Выпуская юношу Райли в эфир, лукавый любимец публики в первую очередь хотел расправиться с этой проблемой: если Кинг понравится публике, Вильямсон с легким сердцем пошлет его на замену, конечно, в место, где гонорар сулили пониже.

&4L&

   После включения микрофона Сонни Бой не пожалел сочных эпитетов, чтобы представить молодого человека в самом выгодном свете. Он назвал его «новой сенсацией» и предложил аудитории высказать свое мнение. Последовало огромное количество звонков, по выражению Вильямсона, раскаливших телефонную линию, следствием чего стал первый в жизни Райли Кинга профессиональный ангажемент.

   На Шестнадцатой улице все того же западного Мемфиса, в котором происходили описанные события, имелось заведение мисс Энни, полное имя ее так и остается для нас неизвестным. Называлось оно «гриль», хотя на самом деле представляло собой комбинацию из двух помещений – музыкального салона с выпивкой и помещения для карточной игры. Да, мисс Энни слышала «новую сенсацию» по радио и согласилась на его выступление. «Вообще-то у меня есть музыкальный автомат, но леди предпочитают настоящего артиста», - добавила она.
   Для молодого человека фраза прозвучала волшебной музыкой! Накануне он водил трактор и пыль родных полей еще покрывала его одежду, и вдруг такой сумасшедший скачек из одного качества в другое; его называют артистом, подумать только, настоящим артистом, приглашенным ради развлечения дам! Первый день городской жизни выглядел неправдоподобно удачным.
   Продолжение разговора Райли и мисс Энни принесло другое интересное предложение. В том случае, если Кингу удастся заполучить где-нибудь на радио такую же передачу, как у Сонни Боя, она согласна его принять на постоянную работу (шесть вечеров на сцене, каждое выступление – 12 долларов) и дать ему постоянное жилье на втором этаже.

&5L&

   Поскольку наш герой только кивал головой на все и соглашался, ему ничего не оставалось, как поверить в фортуну, которую он, похоже, оседлал, и, не откладывая, действовать дальше.
   От Бакки Вайта он слышал про одну радиостанцию, не только передававшую негритянскую музыку, но и персонал, в том числе ведущих передач и диск-жокеев, набиравшую из чернокожих (существует до сих пор, на фото постер одного из диджеев). WDIA находилась в Мемфисе, так что Кингу пришлось сесть на автобус и, вновь пересекая реку, пуститься в обратный путь. Денег для проезда до Юнион-авеню не хватило, пришлось выйти на несколько остановок раньше и добираться пешком. Тут еще погода испортилась, стал накрапывать дождик и на пороге редакции он появился промокшим, прижимая к себе гитару, завернутую в мокрую газету.
   На вопрос, что ему угодно, Райли ответил, что ему угодно выпустить собственную пластинку и выступать по радио, «как Сонни Бой Вильямсон, например». Но и здесь его не высмеяли и не указали на дверь, более того, для дальнейших переговоров со странным посетителем вызвали из офиса владельца WDIA Берта Фергюсона, и тот поинтересовался, а может ли соискатель в застиранной солдатской тужурке «играть на этой штуке». Тут же состоялось прослушивание. И опять Кингу удалось произвести впечатление на потенциальных работодателей. Коротко посовещавшись, они объявили, что решают поручить ему ежедневную 10-минутную передачу, спонсируемую фирмой-производителем тонизирующего напитка «Пептикон». Забавно, что «Пептикон» являлся конкурентом предприятия, выпускавшего другой напиток, и по стечению обстоятельств то самое предприятие спонсировало передачу Сонни Боя.

   Едва ступив на вожделенную землю большого города, Райли Кинг обзавелся работой музыканта, собственной радиопередачей и постоянным жильем! Таким образом, можно было считать, что он более чем прилично устроился на новом месте и перевести сюда Марту, что он и сделал спустя несколько дней.

   По стандартам трудолюбивого молодого человека, у него оставалось еще громадное количество времени, а время, как известно, – деньги. Частенько он отправлялся в Арканзас, за речку, чтобы подзаработать несколько долларов на уборке хлопка. Да и сотрудничество с «Пептиконом» не ограничилось передачей на радио. По выходным «Пептикон» устраивал выездную торговлю и Кинг участвовал в ней в качестве главной рекламной достопримечательности. Выглядело это следующим образом: по западному Мемфису ездил грузовик, с кузова которого мелким оптом и в розницу торговали напитком, для привлечения же внимания публики на кабину автомашины помещали Райли Кинга – знаменитого диск-жокея «Пептикон-боя». Мальчик-Пептикон потчевал публику своим радиорепертуаром, то есть песнями из его передачи, а также заодно и специальной песенкой-джинглом, которую он сочинил для своего шоу. Такая реклама работала отменно и на «Пептикон» - бутылки шли нарасхват, - и на самого Райли, на его популярность. Попутно Кинг анонсировал свои концерты в заведении мисс Энни. Вообще-то на радио гонорара он не получал. По условиям сделки, он имел возможность рекламировать свои выступления, где бы они не проходили, а это в итоги было гораздо выгоднее для начинающего артиста, чем десятка-другая за работу в качестве простого диск-жокея.

   Судя по популярности гриля на Шестнадцатой улице, где от посетителей не было отбоя, по росту аудитории радиостанции, дела шли в гору. Последовала дальнейшая экспансия Кинга на радиоволнах. Вскоре ему дают дополнительно 15-минутное шоу, а после ухода одного из ведущих диск-жокеев предлагают вести часовую передачу «Sepia Swing Club». Он мог заводить в ней пластинки по своему выбору, лишь бы они были модные, в ключе настроения негритянской аудитории, последнюю же четверть часа ему позволялось использовать для собственного выступления и анонса ближайших концертов.
   Каким диск-жокеем был Кинг? Хотя он не до конца избавился от заикания, ему хватало умения говорить перед микрофоном лаконично и раскованно. На вооружение Райли взял – сознательно или интуитивно – «формулу Сонни Боя»: оставайся естественным, по лексике, манере, юмору видно, что ты - свой.
   По воспоминаниям программного директора WDIA Крис Спиндел, внешний вид Райли Кинга ничем не выдавал в нем популярного радиовещателя и музыканта. Он был чрезвычайно худ, выглядел всегда печальным и застенчивым. Однако стоило инженеру включить микрофон, и на панели загореться красной лампочке «On Air», Кинг преображался. Просто другой человек – уверенный, сильный, обаятельный. Действительно, у не знавших Кинга лично никогда не возникло бы подозрения, что этот молодой человек является подающим большие надежды артистом, уверенно шагающим к успеху. Но это было именно так.

&6L&

   Мода на псевдонимы радиоперсонажей, делавшая их в каком-то смысле нарицательными и прочно связывавшая с именем конкретной станции, возникла давно. Райли Кинг тоже должен был обзавестись оригинальным эфирным именем. Вначале он звучал следующим образом - The Beale Street Blues Boy. Эффектно, но довольно громоздко, кроме того, фамилия артиста в данном варианте не упоминалась. Через некоторое время наш герой стал зваться Блюз Бой Кинг. Люди же склонны все упрощать, поэтому в письмах и телефонных звонках они обращались к своему любимцу просто, сокращая псевдоним до аббревиатуры, – Би Би. Так появился Би Би Кинг.

   Неукротимый темперамент, с которым Би Би Кинг отдавался любимому делу, радиореклама быстро расширяли его популярность вначале за пределы танцзала мисс Энни, затем за пределы Западного Мемфиса, а вскоре молодой певец и гитарист начал совершать музыкальные вылазки в близлежащие городки.
   Как правило, место выступления мало походило на концертную или танцплощадку в привычном для нас смысле. Juke-house, то есть негритянский клуб с выпивкой, игрой, шумный и прокуренный «хоть топор вешай», с двумя лампочками под потолком и танцами. А где танцы под хмельком, там и неизбежные страсти на почве ревности. Разбирательства с мордобоем, поножовщина, крутые парни, непонятно чем не довольные в поведении артистов, нежелание хозяев подобных заведений платить, как уговорились – всего Кинг хлебнул сполна, едва вступив в неспокойные воды концертной жизни. Риск подстерегал здесь на каждом шагу и все же он попал в родную стихию. В ней при весьма драматичных обстоятельствах Кинг обрел своего самого преданного партнера.

   Эпизод настолько колоритен, что заслуживает отдельного описания. Стояла зима 1949 года. В тот декабрьский вечер ему выпало играть в городке Твист, штат Арканзас, 45 миль на северо-запад от Мемфиса. В Арканзасе может быть холодно, и в тот декабрьский вечер даже жара музыки не хватало, чтобы компенсировать промозглость. Место называлось ночным клубом, в действительности же это было просто просторное помещение, безбожно продувавшееся сквозняками. Все, что владелец мог сделать для его отопления, так это поставить в центре урну для мусора, наполовину наполненную горящим керосином.
    «Ну, ладно, - вспоминает Кинг, - я принялся играть, все заходило ходуном, керосин пылал, танцующие прыгали и извивались». Не сразу он обратил внимание на какую-то заварушку, показавшуюся простым пререканием двух чрезмерно разгоряченных танцоров. Раздраженные голоса зазвучали громче, стало ясно, что творится что-то неладное. Два парня выясняли отношения, адресуя друг другу и самым близким родственникам соперника самые обидные и оскорбительные выражения.
   Окружающие пытались их разнять, но было слишком поздно. Скандалисты бросились друг на друга и в пылу – бац! – перевернули горящий керосин. Все бросились в панике из дверей, в том числе и Би Би Кинг. Только на улице он сообразил, что в горящем танцзале оставил гитару.
   Бросаться за ней в уже полностью охваченный пламенем дом показалось ему безумием. Но внутренний голос, споривший со здравым смыслом, твердил, что позволить сгореть превосходному инструменту - глупо. На решение оставались считанные секунды. Кто-то попытался остановить его, крикнул вдогонку.
   …Повсюду бушевало пламя, и, выхватив из него свой инструмент, Кинг бросился обратно к едва видимой уже в этом аду двери. Когда музыкант, благодаря Бога, переводил дух на свежем воздухе, осматривая гитару (стихия ее почти не тронула), он услышал рядом с собой чью-то фразу: «Ты только подумай, эти двое парней чуть не поубивали друг друга из-за девчонки по имени Люсиль».
    «Это была памятная ночь и памятное имя. Прямо там и тогда я решил окрестить мой инструмент «Люсиль», - рассказывает герой событий в автобиографии.

   Ему было ясно: в одиночку на танцах для десятков разгоряченных мужчин и женщин не очень наиграешь. Би Би Кинг быстро оброс связями в музыкальной среде, но первое время, пока не приглядел постоянных аккомпаниаторов, приглашал для каждого отдельного выступления, на один вечер того или иного сотрудника. Со временем у него образуется постоянный коллектив с названием The Beale Streeters, способный понимать своего лидера, чувствовать его без длительных объяснений.
   Проблема Кинга как лидера и ведущего инструменталиста заключалась в том, что, выходя к публике, он не очень считался с устоявшимися блюзовыми структурами, к которым привыкли его коллеги, часто менял во время выступлений последовательность аккордов и темп. На длительные репетиции с аккомпанирующим составом времени, как правило, не было, просто частники выступления обговаривали порядок номеров, с таким расчетом, чтобы он состоял из знакомых всем музыкантам песен.
   Свобода, с которой Кинг подходил к интерпретации известных шлягеров, не могла не раздражать его коллег, и порой происходившее на сцене выглядело не естественным сотрудничеством музыкантов, а скорее скрытым соперничеством. В любом случае, выступления в тех прокуренных небольших залах, куда набивалось по 100-150 человек, памятны Би Би Кингу как отличная школа. Положа руку на сердце, стоит сказать, что опыт ансамблевой игры у сопровождавших его на первой поре музыкантов был выше. Некоторые из них впоследствии стали в своем роде знаменитостями.


   Конец 40-х годов можно считать периодом осмысления Кингом роли своего инструмента, его выразительных возможностей, выработки стиля. Он принципиально отказывается от попыток «работать под кого-то» и идет за собственным вкусом и интуицией. Его маяки по-прежнему джазовые гитаристы Ч. Кристиан и Д. Рейнхард, недостижимый идеал – техасский блюзовый «гигант» Ти Бон Волкер (T-Bone Walker, настоящее имя Aaron Thibeaux Walker/1910 – 1975), он на фото.

&7L&

   Сценический псевдоним Волкера представляет собой, разумеется, сокращенный вариант части его настоящего имени. Он родился и вырос в Техасе, в городе Даллас, и умер в Калифорнии, в Лос-Анджелесе. Два штата исторически связаны с появлением популярнейшего блюзового стиля – West Coast blues или «блюз Западного побережья». В его рождении замешаны примерно в равных пропорциях джаз предвоенных биг-бэндов, фортепьянные буги-вуги и традиционный блюз. «Королем вест коуст блюза» является гитарист, певец, пианист и композитор Ти Бон Волкер.
   В детстве ему посчастливилось служить поводырём Слепого Лимона Джефферсона, когда тот приезжал в Даллас, наблюдать работу и поведение легендарного блюзмена. Начиная с середины 20-х, то есть еще подростком, Ти Бон начал профессиональную карьеру в музыкальном бизнесе. Гитара в его руках выглядела своего рода вспомогательным инструментом. В оркестре, где служил Волкер, она находилась на вторых ролях, поскольку терялась в шуме и грохоте духовых и ударных. Ему пришлось начинать в качестве танцора и комедианта (еще и умеющего играть на гитаре и банджо) в передвижных эстрадных ревю. С профессиональной точки зрения школа, между прочим, отменная, ведь тогда он трудился в оркестрах известнейшей блюзовой певицы Айды Кокс и прославленного джазмена Кэба Келловэя.
   Начало дискографии Ти Бон Волкера восходит к 1929 году. Первые записи не принесли ему известности. Дорога к ней лежала через… переквалификацию. Он переезжает в Оклахома-сити, где вместе с молодым человеком по имени Чарли Кристиан стал брать уроки игры на гитаре. Техника, демонстрировавшаяся им музыкантом-педагогом Чаком Ричардсоном, выглядела сродни испанским или классическим гитаристам, в ней находилось место стилистике, взятой из практики солирования духовых инструментов.
   В 1934 году Волкер переехал в Лос-Анджелес и к концу десятилетия, вооруженный электрогитарой, вырос в крупную эстрадную знаменитость. С 1942 года стали одна за другой появляться записи, так поразившие юного Би Би Кинга. Теперь эти композиции, сделанные в студиях фирмы «Кэпитал Рекордз», считаются хрестоматийными. Вторая порция блюзовой классики Ти Бон Волкера появилась на пластинках фирмы «Империал Рекордз» в 1950-1954 годах. Впрочем, немного найдется желающих критиковать хоть какие-то записи Ти Бона. В 60-е он записывался меньше, больше концертировал. Причем публика все чаще видела его за фортепьяно, нежели с электрогитарой в руках: годы брали своё. Хрустально чистый тон инструмента, тонкая лаконичная фразировка, необыкновенное чувство свинга… Множество последователей и подражателей, включая нашего героя, пытались постигнуть «тайны Ти Бона», освоить его манеру.
   Элементы стилей Рейнхарда, Кристиана и особенно Волкера органично вошли в практику самого Би Би Кинга. Однако они не столь значительны и не доминируют в такой степени, чтобы вызвать серьезный упрек в подражании.

   Сам Кинг указывает на другой полюс музыкального спектра, приведший к созданию его своеобразного стиля, - гавайские гитаристы и исполнители музыки кантри-энд-вестерн. Звучание их инструментов в высшей степени мелодично. Они способны заставить звучать струну протяжно, сообщить каждому тону мягкую подвижность, ту вибрацию, на какую способен, вероятно, лишь человеческий голос. Техника эта принципиально схожа со стилем «боттлнек» кузена Бакки Вайта.
Кинг стремился распоряжаться продолжительностью звука, и, не злоупотребляя скоростью, сообщать максимальную экспрессию каж   дой ноте. Он тянул струны, сильная кисть его левой руки при звукоизвлечении вибрировала струной - вверх и вниз перпендикулярно грифу. Со стороны кажется, рука трепещет на грифе. Собственную технику, повлиявшую на игру абсолютно каждого электрогитариста после него, Би Би Кинг будет шлифовать и доведет впоследствии до совершенства. Его впечатляющие достижения на этом пути можно заметить уже в 1953 году, в частности в «Please Love Me».

&8L&
   Как вы помните, на первом месте среди его желаний, высказанных в первый визит на радиостанцию, была запись собственной пластинки. И в соответствии со своей привычкой методично следовать внутреннему плану Би Би Кинг не снимает задачу с повестки дня до тех пор, пока не реализует ее. Нет сомнения, что он возвращался к разговору о пластинке с новыми знакомыми на радиостанции. И его первые записи на дисках на 78 оборотов появились во второй половине 1949 года. Берт Фергюсон позвонил в город Нэшвилл приятелю, владельцу звукозаписывающей фирмы Bullet Recordings и посоветовал обратить внимание на молодой талант. Там не очень интересовались блюзом, но поскольку Фергюсон проявил настойчивость, решили попытать счастья. Четыре песни, вышедшие на лейбле, имеются в коллекции Би Би Кинга, и отзывается он о них с самокритичной иронией: «Прежде чем пойти, крошка должна поползать». Про гитариста, тогда еще Райли Кинга, можно сказать, что он… старательный певец.
   Его первый опыт записи полезен в смысле приобретения новой информации, в карьере же музыканта серьезных подвижек не произошло, кроме того, что он обрел статус имеющего в своем активе профессиональную запись. Для «Буллет рекордс» пластинки Кинга стали последними. «Уж не я ли их разорил», - шутит он до сих пор.

(продолжение следует)

3.09.05

"Черный кофе" повторяет формулу самого коммерчески успешного (для обоих!) совместного опуса - диска Don't Explain. Нынешний также как и тот составлен из версий вещей известных и не очень, в основном они из золотого прошлого ритм/блюза

В случае с проектом “Blues And Boogie» можно сказать: классику чёрного блюза интерпретирует классик американского рока. Звучит диск поразительно свежо и энергично

Инструментальный диск. Разгул американского гитаризма в разных проявлениях, в заметной части альбома – и в блюзовом ключе

Потрясающий концертный альбом мастера в его лучшей форме

Green and Blues максимально точно отражает содержание диска. Здесь не только песни и композиции Питера Грина (хотя их большинство), но и другой блюз. Блюз других великих исполнителей, но всё равно всё вращается вокруг британского блюза второй половины 60-х, Fleetwood Mac и John Mayall’s Bluesbreakers

Подписка на новости
Работает без перезагрузки страницы