Тексты

B. B. King. Часть 4.

&2L&
   К середине 40-х музыкальный рынок США делили несколько крупных фирм звукозаписи – Decca, Capitol, Victor, Columbia, Mercury, MGM. Они занимались собственно записью пластинок, их печатанием, распространением, рекламой и т.д. Постепенно у них под боком с поразительной скоростью принялись плодиться, заполняя пропущенные или презираемые гигантами пустоты и ниши, мелкие компании. Бизнес, также как и природа не терпит пустоты, и кто-то в конце концов обратил внимание на дефицит записей кантри, госпел, ритм-энд-блюза, в то время как концертирующие музыканты таких жанров пользовались широчайшей популярностью. Так называемые независимые компании (независимые от упомянутых монополистов) к концу десятилетия исчислялись тысячами. Большинству из них была суждена недолгая жизнь - несколько релизов, иногда единственный, и быстрое забвение. Чтобы основать «инди» («indie» сокращенно от анг. independent – независимый – прим. автора) требовалось зарегистрироваться и приобрести магнитофон, остальное – дело смекалки, чутья и везения.
   Ранняя история независимых фирм, как и почти любой сюжет в шоу-бизнесе, – переплетение романтического и низменного, причём перевес явно за последним. Главы «инди», зачастую люди профессий недавно не имевшие отношения к музыке, загружали наштампованные пластинки в грузовик, колесили по городкам глубокого Юга, продавая свой товар прямо с колес. Попутно они заключали мелкие сделки на продажу с владельцами лавчонок, американских «аптек» драгсторов и уговаривали местных диск-жокеев обратить внимание на свою продукцию.
   Ее покупателями являлись в основном люди более чем скромного достатка, но как говорится, с миру по нитке – нищему кафтан. При суровой экономии, мелком жульничестве и бесконечной борьбе с конкурентами некоторые, выдержавшие такое начало, стали потихоньку преуспевать, расширять коммерческие операции, в ряде случаев поглощая менее удачливых. Фактически весь классический блюз записан за полтора послевоенных десятилетия независимыми фирмами Chess, Specialty, Aladdin, Modern, Imperial, Vee Jay, Cobra, Duke/Peacock, Exello, Aristocrat и другими.

&3L&

   В истории Би Би Кинга 1949 год не исчерпывается первой записью, ему все-таки было суждено открыть хронологию его реальной коммерческой звукозаписи. И на этот раз Кингу здорово повезло, так как его судьбой озаботилась действительно солидная по масштабам мира «инди» фирма.
   Независимые компании сплошь и рядом являлись семейным бизнесом, руководящий персонал их нередко состоял из близких родственников, братьев, сестер, как в случае с фирмой «Sun», управлявшейся Сэмом Филиппсом и его братом, или в случае с бизнесом Леонарда и Фила Чесс.
   Компания «Модерн» - хороший тому пример. В 1945 году братья Сол, Джо и Джулис Бихари (Saul, Joe, Jules Bihari) из Лос-Анджелеса основали предприятие для записи именно черной музыки, хотя сами они вначале не слишком разбирались в ней – ведь цвет их кожи был белым. Деловое чутье, однако, подсказывало троице, где в данный момент может находиться очередная музыкальная «золотая жила» – в области так называемой «расовой» музыки. Джон Ли Хукер, Этта Джеймс, Элмор Джеймс, Пи Ви Крейтон, другие выдающиеся исполнители начинали карьеру, относящиеся к классике жанра, именно на данной семейной фирме и ее дочерних предприятиях – Flair, Crown, RPM.

   В популярной книге о Би Би Кинге французского исследователя Себастьяна Даншина есть следующий пассаж: «Важность Джулиса Бихари в создании карьеры Кинга недооценена. Обычно Джулис чаще самого Кинга принимал решения по аранжировкам и музыкантам, иногда его идеи являлись решающими при подборе репертуара». В поддержку такого вывода в той же работе помещен фрагмент интервью одного из братьев Бихари, Джо: «Те или иные песни были у них (артистов – прим. автора) в голове, но чтобы окончательно оформить их, требовалась помощь. Мы работали во время записи с артистами… Вы можете заметить имя Джулиса Тауба, которым подписаны некоторые песни. То был псевдоним Джулиса Бихари, трудившегося с музыкантами».
   Утверждение Даншина спорно. Цитата же одного из владельцев «Модерна» не только не объясняет, каков реальный авторский вклад одного из хозяев фирмы в создание песен, напротив, скорее подтверждает свидетельства самих музыкантов о постоянном и не всегда компетентном вмешательстве глав компаний в творческий процесс.
   О противозаконной, фактически тотальной практике присвоения владельцами звукозаписывающих фирм в 40-50-е годы авторских прав на чужие произведения сказано и написано немало. Например, этой теме посвящены многие страницы известной автобиографической книги Вилли Диксона «Я – блюз» (Willie Dixon. «I Am The Blues»). Выдающийся блюзовый композитор и продюсер фирмы «Чесс», он одним из первых обнаружил несоблюдение собственных прав при издании ритм-энд-блюзовых произведений и снискал славу не только художника, но и первопроходца на ниве юридической борьбы блюзменов за честные авторские отчисления.

&4L&

   В его изложении взаимодействие сторон на фирме «Чесс рекордз» (его можно смело считать моделью, по которой велись дела и в других местах) выглядело следующим образом. Певцу или инструменталисту предлагали сделать диск, гонорар составлял сотню-другую долларов, после выполнения контракта исполнителя вежливо выпроваживали и чернокожие самородки типа Би Би Кинга, названные впоследствии классиками, оставались довольны. Их принимали как равных, вели вежливый, уважительный разговор, называя «сэр», поили виски и за какую-то песню, спетую под гитару, давали наличными сто долларов! Что происходило дальше с его произведением, после того, как он получал свои авторские экземпляры пластинки, таких людей интересовало очень редко. Им и в голову не могло прийти, что они уступают свой интеллектуальный продукт, способный приносить им прибыль до конца дней, причем уступали по цене, ниже реальной в сотни раз.
   Иногда в офисе фирмы «Чесс» происходил мелочный торг, повествует Вилли Диксон. Музыканту говорили, что, дескать, деньги он может получить прямо сейчас, без формальностей, без утомительного ожидания дня выдачи гонораров. Половину. Многие не видели в своем пении и музицировании особой ценности - просто легкие деньги за легкий, по сравнению, скажем, с крестьянским, труд. И соглашались.


   Подобно случаю с записями Кинга, частенько на пластинках значились имена или псевдонимы квази-соавторов. В случае с Би Би Кингом «Тауб», «Джошуа», «Линг» - псевдонимы владельцев «Модерна», закреплявшие за ними право на 50 процентов авторских (единственного его реального соавтора в части текстов звали Фердинанд Вашингтон, подробностей о нем не приводит ни один источник, включая самого Кинга).

   В полном противоречии с приведенными выше цитатами Джо Бихари и Себастиана Данчина находится высказывание Кинга, взятое из автобиографии: «Джулис прекрасно относился к черной музыке, знаний и опыта для работы в студии у него не имелось. Он целиком полагался на меня. Он видел мое умение сочинять песни, объясняться с музыкантами по поводу потребного мне звука». Имя единственного человека, умевшего, по словам нашего героя, на 95 процентов воплотить в аранжировках во время работы в студии звучавшее у него в голове и которому он действительно многим обязан не Джулис Бихари, а аранжировщик Максвел Девис.

   Обстоятельства, связанные с подписанием Кингом контракта на запись и распространение дисков с дочерним предприятием могущественной независимой фирмы Modern Records, остаются неясными. По одной версии, сделка состоялась благодаря тому, что инженер радиостанции послал в офис «Модерна» не очень удачную дебютную пластинку Би Би Кинга. По другой, их свел легендарный ритм-энд-блюзовый исполнитель, впоследствии художественный руководитель и продюсер «Модерна» Айк Тернер. Славу посредника также оспаривает не менее прославленный продюсер, открывший миру Элвиса Пресли, Сэм Филиппс. Сам Би Би Кинг не вносит ясности в упомянутый эпизод, решительно отрицая лишь участие в своей судьбе Тернера.

&5L&

   Партнерство Би Би Кинга и фирмы RPM длилось без малого 10 лет и началось во второй половине 1950 года выпуском на новом пластиночном формате – на «сорокопятках» – четырех его песен. Вот на этот раз благодаря более широким возможностям дистрибюции, активному проигрыванию на радио и более серьезному продюсерскому подходу записи «сделали круги на воде». Пластинки неплохо покупались и других местах, в Мемфисе же они превратились в бестселлеры местного масштаба. Это повлекло за собой дальнейшие записи – в начале 1951 года появились следующие 5 произведений на виниловых мини-пластинках.

   Концертная активность, пластинки, успех на радио, взаимно дополняя, сообщали дальнейшие импульсы карьере Кинга. Постепенно, но верно он превращался в местную знаменитость, о чем красноречиво говорило то обстоятельство, что в сборных концертах он шел уже главным номером - хедлайнером.
   Атрибуты успеха, включая и новую машину, налицо, хотя от статуса «звезды» его отделяла все же порядочная дистанция.
   Имея в виду рост гонораров, можно сказать, дела пошли все более серьезные, становилось очевидной необходимость профессионального подхода к отбору почти ежедневных ангажементов, заключения сделок, ведения бухгалтерии и переговоров. Наступал этап, когда необходимо не только получать приглашения, а и вести их активный поиск. Другими словами, Кингу нужен был менеджер.
   История умалчивает, кто посоветовал ему обратиться с деловым предложением к владельцу бильярдного клуба на Билл-стрит Роберту Генри. Кандидатура эта была весьма удачной. Мистер Генри знал о шоу-бизнесе и ночной жизни Мемфиса, в которой вращался с 1910 года, вероятно, все. Начинал он продавцом театральных билетов и рекламным агентом ряда культурно-развлекательных заведений. В момент их знакомства Роберт Генри представлял в Мемфисе интересы ряда крупных артистов масштаба Дюка Эллингтона и Флетчера Хендерсона и др. Кроме того, местный профсоюз музыкантов доверил ему вести от своего имени переговоры с заезжими коллегами по деликатному поводу. Задача Роберта Генри состояла в негласном получении с гастролеров платы за выступления, так сказать, на чужой территории. В музыкальном бизнесе Мемфиса он хотя и слыл акулой, но акулой с умеренным аппетитом: его комиссионные при сделке артиста и антрепренера были в сравнении с другими минимальными. Высоко отзывается о нем и Би Би Кинг в своих воспоминаниях.
   Формирование нового образа своего клиента Роберт Генри, что вполне естественно, начал с изменения его внешнего вида. Двое чернокожих мужчин после того, как ударили по рукам и подписали соответствующие бумаги, вышли на Билл-стрит и направились в известный всему городу ломбард. Там Генри отобрал для нового партнера два костюма – темно-бордовый и светло-синий, также в тон костюмам пару галстуков, туфли «черный низ, белый верх» и пару черных жилетов.

&6L&

   Стремительно стартовавшая карьера привела к первой драматической развилке на пути. На карте стояла ни больше ни меньше, как личная жизнь Кинга. По-прежнему бездетная чета Кингов все менее походила на полноценную семью. Ее глава все реже и реже появлялся дома и, когда он там оказывался, выяснялось, что у него всего несколько часов перед следующим концертом, радиопрограммой и так далее.
   С переездом в город наш герой открыл в себе еще одну страсть, которой суждено впредь приносить ему множество материальных хлопот и душевных терзаний, - страсть игрока. Она также властно требовала части его времени и изрядную долю его денег.
   Учитывая ревнивый характер Марты и патриархальное семейное воспитание, нетрудно представить ее реакции.
   Ограничения брака крайне стесняли и Би Би. У него появилось масса почитательниц, чья интимная компания - обязательная составляющая быта артиста. В 1949 году одна из таких поклонниц родила от него ребенка. И хотя первая песня, записанная Кингом на пластинке, называлась «Мисс Марта Кинг» и была полна страстных признаний в любви, в реальной жизни дело шло к разводу. Он последует по инициативе Марты в 1952 году и, несмотря на свою предсказуемость, оставит глубокий рубец на сердце Би Би.

   Упорство и растущее мастерство плюс непоколебимая вера Би Би Кинга в приближающийся большой успех, в конце концов, были вознаграждены. Возможно, что и «магия цифр» работала на музыканта. Так или иначе, только получилось, что именно седьмая композиция стала прорывом: перед самым Новым годом, 29 декабря 1951 года, песня «3 O’clock Blues» попала в список самых популярных шлягеров ритм-энд-блюза газеты «Биллборд». В феврале 1952 года она поднялась на первое место, продержавшись в чартах в общей сложности более 4 месяцев. Песня не принадлежала перу Би Би Кинга, ее сочинил его более старший коллега Lowell Fulson. Более того, в исполнении Фалсона она уже побывала в хит-парадах некоторое время назад. Вещь здорово нравилась Би Би Кингу и он довольно часто проигрывал эту пластинку в своих радиопрограммах. Повышенное внимание одного из самых популярных диск-жокеев Мемфиса к «Блюзу в 3 утра» привело к тому, что, когда Фалсом приехал в Мемфис, на его выступлении случился переаншлаг и, к величайшему его удовольствию, устроители вынуждены были провести для удовлетворения всех желающих дополнительный концерт. Естественно, на просьбу Би Би Кинга разрешить ему сделать собственную версию «Блюза в три часа» Фалсон с готовностью согласился.

   Хит-артист подобен быстро остывающему металлу. Моментально множество кузнецов начинает выковывать из него свою долю выгоды – менеджер, звукозаписывающая компания, адвокаты, концертные организации, торговцы дисками и сопутствующими товарами, радио, издатели. Пока горячо! Известность подобного сорта недолговечна – от силы несколько недель. Крайне редки случаи, когда шлягер обретает статус «неувядающего» - evergreen.
   Само произведение приносило в те годы не слишком существенную прямую пользу конкретному исполнителю, то есть в виде наличных денег. Кинг не был исключением из правила. Он зарабатывал порядка ста долларов, вручаемых ему чеком или наличными, за запись отдельной песни. «Я был не слишком информирован, чтобы разбираться в авторских отчислениях или гонорарах за сочинительство песни. Хотя я писал и слова, и музыку почти для всех своих вещей, еще чье-то имя появлялось рядом с моим на бумажном сердечке пластинок», - отмечает он в воспоминаниях. Если называть вещи своими именами, невежественных в юридическом отношении чернокожих артистов владельцы фирм звукозаписи попросту обворовывали.

&7L&

   На руках у автора хита оказывался козырь и вопрос состоял в том, как им распорядиться, чтобы, используя терминологию карт, продолжить игру на повышение, а в случае удачи – сорвать куш. Как и с любым артистом в подобных случаях, Роберту Генри и Би Би Кингу последовали десятки предложений. Смысл правильного использования выгоды положения состоял в том, чтобы не поддаться соблазну простых решений, сулящих сиюминутные дивиденды, а сделать стратегически верный выбор.
   Опытный Генри настаивает на подписании полугодичного контракта с фирмой Universal Attractions из Нью-Йорка. Он предусматривал выступления на трех концертных площадках, считавшихся главными для чернокожих исполнителей – театры «Howard» в Вашингтоне, «Royal» в Балтиморе и знаменитый гарлемский концертный зал «Аpollo». В графике турне они стояли вначале. Заключить контракт с подобным условием означало пойти на огромный риск, в каком-то смысле, по принципу «пан или пропал». В случае успеха у взыскательной и одновременно беспощадной публики Вашингтона, Балтимора и Нью-Йорка можно было бы считать покоренной едва ли не самую серьезную вершину шоу-бизнеса: репутация автора шлягера плюс «любимца Гарлема» открывала прямую дорогу к общенациональной славе. По жестокой иронии положения, дело было за малым – просто выйти и завоевать симпатии при том, что Кинг никогда не выступал до сих пор в северных штатах перед столь массовой аудиторией, в составе масштабного ревю из десятков артистов, в сопровождении большого оркестра. Восторг и паника охватили его одновременно.

(продолжение следует)

Возможно, если просто воспринимать диск как развлекательную музыку, всё покажется ОК. Однако в нашей стране к бритроку у публики особое, пристрастное отношение – музыка известна тут массе людей до ноты, до нюанса, до малейшего вздоха вокалиста. Интерпретировать её – большой риск попасть под огонь брюзжания и неприятия  фанатов великой троицы

В случае с проектом “Blues And Boogie» можно сказать: классику чёрного блюза интерпретирует классик американского рока. Звучит диск поразительно свежо и энергично

В “Shine Bright” вы найдёте блюз, буги, баллады, зайдеко и ещё много мелодических «солнечных зайчиков» прочей американы . Держите пластинку при себе на случай, если вам потребуется подзарядиться позитивом

На памяти авторов BN столь парадоксальное присутствие наблюдается впервые за многие годы. Поистине загадочное явление: изданная на 4 cd во Франции в 2010 (по лицензии) коллекция находится среди бестселлеров США!

Green and Blues максимально точно отражает содержание диска. Здесь не только песни и композиции Питера Грина (хотя их большинство), но и другой блюз. Блюз других великих исполнителей, но всё равно всё вращается вокруг британского блюза второй половины 60-х, Fleetwood Mac и John Mayall’s Bluesbreakers

Подписка на новости
Работает без перезагрузки страницы