Темы

Johnnie Johnson

&2L& Прежде всего, хочу извиниться перед читателями: материал должен был появиться ко дню рождения Джонни (8 июля), однако я попал на больничную койку и не смог поставить его вовремя.

История Джонсона покоится на трёх китах – музыка, Chuck Berry и George Turek. Прежде всего, Джонсон был чудесно одаренным пианистом. Ему не пришлось выбирать в жизни, сама судьба, что называется, вышла на него. Когда он в возрасте не то четырех, не то пяти лет подошел к пианино, которое мать купила просто для мебели, и, едва дотянувшись до клавиатуры, стал играть популярную мелодию, его мама всплакнула и проговорила: «Чудо!». Джонсон, слегка заторможенный, улыбчивый молчун, не блиставший ни в каких других науках и искусствах, не учился музыке, он просто сел за пианино и сразу стал играть. Он был настолько талантлив и успешен в своем ремесле, что к 20 годам регулярно играл в лучшем музыкальном клубе Сент-Луиса.

Там-то он и познакомились с Чаком Бэрри. Вернее, было вот как. В самые последние дни 1952, в те самые дни, которые, что называется, «кормят» музыканта иногда нескольких месяцев, в ансамбле Джонсона слег с гриппом саксофонист. Что делать? Кто-то посоветовал Джонсону молодого паренька, который, правда, не умел играть на саксофоне, но зато шпарил под гитару, к тому же выразительно пританцовывая, «песенки для белых» в стиле «кантри-энд-вестерн. «А он что, чернокожий?» – переспросил Джонни. «Как вакса», - ответили ему.
Парень понравился Джонни: он вписался в коллектив, к тому же у него действительно был свой репертуар, и весьма живой, заводной. Дальнейшая история хорошо известна. Вскоре Чак стал солистом и в 1955 г. в сопровождении Джонни и его ансамбля записал «Maybellene». Затем последовали хиты, хиты, хиты… Все это был золотой рок-н-ролл, все это был Чак Бэрри. Во всех бессмертных вещах за фортепьяно – в студии ли, на бесчисленных концертах - сидел Джонни Джонсон.
Из концертной команды Чака утомленный бесконечными переездами и к тому же крепко пьющий Джонсон ушел в первой половине 70-х. В отличие от расчетливого и хитрого, как бес Чака, сделавшего состояние на своей (и немного Джонни) музыке, никогда не допускавшего мысли о том, что ему кто-то мог помогать, поддерживать, предлагать нечто полезное, что легло в основу его успеха, Джонсон не преуспел в шоу-бизнесе. Джонни осел в родном Сент-Луисе, фактически забросил музыку, стал работать на маршруте автобусной линии, пока его оттуда не попросили за пьянство. Одним словом, вел нормальную жизнь рок-н-ролльщика на покое. Такого, знаете ли, расслабленного, без амбиций, без планов и без обид на окружающий мир, добродушного доживающего негра.

&3L&

Дело коренным образом переменилось, когда в 1987 на экраны вышел фильм “Hail!Hail! Rock’n’Roll”, снятый гитаристом «Роллинг Стоунз» Китом Ричардсом. В одном из эпизодов Ричардс пустился в рассуждения о роли Джонсона в рок-н-ролле вообще. «Да вы посмотрите вообще на все эти боевики Бэрри. Ведь парень ни за что не сочинил бы такое, если бы у него не было гениального пианиста», - разглагольствовал Кит. – «Все его песни были бы просто набором нот на бумаге». «Обратите внимание», - сказал Ричардс, - «ведь все эти песни написаны в тональностях, которые используют пианисты, а не гитаристы». Ну, и дальше в том же духе. В общем, возникло некое брожение в умах на тему: а не прав ли в самом деле Кит, уж он-то в сочинении рок-н-ролльных песен разбирается. Занятно, что сам Джонни Джонсон в поднятии на щит этого вопроса, вопроса о своем соавторстве, никак не участвовал.

Вот тут-то на авансцене появляется Джордж Тарек. Этот джентльмен не имел ни малейшего отношения к музыке и почти ничего в ней не понимал. Как и многие американцы, этот гиперактивный господин, в прошлом летчик военно-морских сил, сколотивший огромное состояние, помешан на рок-н-ролле. Его очень захватила, можно сказать, даже задела история, рассказанная Китом Ричардсом. Его чистая совесть и менталитет бескомпромиссного воина подсказывали Тареку, что случилась невиданная несправедливость. В мозгу Джорджа запульсировала красная лампочка одержимости. Со свойственной ему непосредственностью Тарек набрал номер Джонсона и спросил напрямик: «Джонни, так ты писал эти песни вместе с Чаком?» Джонсон с неменьшей непосредственностью ответил: «Я работал над музыкой к песням». Из этого незатейливого диалога для Джорджа Тарека следовало, что история рок-н-ролла – в глобальном смысле – должна быть переписана. Вернувшись назад, добавлю, что Тарек души не чаял в Джонсоне. Они познакомились, когда Джордж Тарек нанял пианиста поиграть на его свадьбе в 1993 году.
За исправление истории Джордж Тарек взялся с методичностью и упорством, свойственным крепким стратегам. С сентября 1995 он начал осуществлять, соблюдая все правила тактики и стратегии, задачу под названием «Помещение Джонни Джонсона в Зал Славы рок-н-ролла». Думаете, это не по силам отдельно взятому индивидууму? Ошибаетесь. В Америке все дела делают менеджеры и юристы. Ну, и деньги, конечно. Эти три обстоятельства как нельзя лучше сходились в феномене по имени Джордж Тарек. Я не буду пересказывать, как он сочинял разные документы-обращения, собирал подписи, в том числе и подпись Чака Бэрри. Так или иначе, Джонсон после нескольких фальш-стартов слал членом «Зала» в 2000.

&4L&

Пока шла вся эта компания, Тарек приказал одному из своих родственников по фамилии Фицпатрик написать биографию Джонни. Книжка “Father of Rock’n’Roll” (1999) вышла занятная, однако в высшей степени спорная, поскольку из нее недвусмысленно следовало, что песни Чака Бэрри с 1955 по 1966 гг. написаны в соавторстве с Джонни Джонсоном. Собственно говоря, именно такую цель и ставил себе Джордж Тарек – доказать соавторство. Заметьте, не Джонни Джонсон, остававшийся пассивным возбудителем амбиций Тарека.

Крещендо в кампании военных действий под лозунгом «Джонни Джонсон, создатель рок-н-ролла, должен получить причитающееся по справедливости», воспоследовало в ноябре 2000 года. В суд восточного округа штата Миссури поступил иск Джонни Джонсона к Чарльзу И. Бэрри и компании Isalee Music, в котором оспаривалось единоличное авторство короля рок-н-ролла на 57 его песен. В иске, состоявшем из семи разделов, содержалось требование признать Джонсона соавтором упомянутых произведений со всеми вытекающими. «Все вытекающие», т.е. компенсация за ущемление авторских прав, тянула, как говорилось в документе, «на десятки миллионов долларов».
Не буду томить вас пересказом разбирательства в суде, которое тянулось много месяцев, и перейду сразу к результатам. В средине 2001 суд Сент-Луиса закрыл дело «Джонсон против Бэрри» с нулевыми результатами для пианиста. Основание было окончательное и убийственное – прошло слишком много времени, чтобы поднимать вопрос. 77-летний Джонсон не смог отсудить у 76-летнего Бэрри ни толики его авторских прав. В самом деле, почему Джонсон ждал почти 3 с половиной десятка лет, прежде чем вступить в борьбу за свои якобы поруганные права? Адвокат Джонсона, кстати, в прошлом адвокат Чака Бэрри Митч Марго прокомментировал это обстоятельство так. Я цитирую буквально из газеты «Сент-Луис Пост-Диспатч»: «Причиной явилось десятилетие беспробудного алкоголизма, помноженное на низкий ай-кью (коэффициент умственного развития) клиента, что помешало ему адекватно понимать ситуацию. При этом господин Бэрри легко манипулировал своим пианистом, учитывая упомянутые обстоятельства».

С тех пор я не видел никаких упоминаний в прессе о Джонни Джонсоне. Последнее свидетельство о нем – DVD с выступление Джонни в Австралии, в каком-то клубе в прошлом году. Я увидел очень пожилого, немного печального Джонни, одетого в дорогущий костюм, с волосами, аккуратнейшим образом зачесанными назад (ах, где же наша знаменитая капитанская фуражка?), который играл дежурные блюзы в сопровождении какого-то унылого местного ансамбля из розоволицых здоровяков.
На заброшенном сайте Джонни ровно год назад анонсировался выход его очередного альбома. Альбом так и не вышел, надеюсь, пока не вышел. Джонни по-прежнему выступает на фестивалях.

&5L&

Вы спросите, почему в начале этих заметок я назвал его трагикомической фигурой? Трагической – поскольку так или иначе, как мне кажется, он все-таки не получил кое-что, честно им заработанное. В этом смысле он мало чем отличается от сотен пионеров ритм-энд-блюза 50-х годов, авторские права на работы которых присвоили компании звукозаписи, менеджеры и прочая шушера.
А комическим персонажем я вынужден считать его, поскольку во второй части своей жизни он оказался игрушкой в руках пусть и доброжелательных к нему сил, однако все-таки манипуляторов, сделавших из него в итоге посмешище.
Суды закончились, пыль осела. Послушайте бокс-сэт Чака Бэрри на фирме «Чесс Рекордз», послушайте сольные альбомы Джонни “Johnnie B. Bad” и “Johnnie Be Back”. Разве не он лучший пианист рок-н-ролла на все времена?

АК 1.07.04

Возможно, если просто воспринимать диск как развлекательную музыку, всё покажется ОК. Однако в нашей стране к бритроку у публики особое, пристрастное отношение – музыка известна тут массе людей до ноты, до нюанса, до малейшего вздоха вокалиста. Интерпретировать её – большой риск попасть под огонь брюзжания и неприятия  фанатов великой троицы

В случае с проектом “Blues And Boogie» можно сказать: классику чёрного блюза интерпретирует классик американского рока. Звучит диск поразительно свежо и энергично

В “Shine Bright” вы найдёте блюз, буги, баллады, зайдеко и ещё много мелодических «солнечных зайчиков» прочей американы . Держите пластинку при себе на случай, если вам потребуется подзарядиться позитивом

На памяти авторов BN столь парадоксальное присутствие наблюдается впервые за многие годы. Поистине загадочное явление: изданная на 4 cd во Франции в 2010 (по лицензии) коллекция находится среди бестселлеров США!

Green and Blues максимально точно отражает содержание диска. Здесь не только песни и композиции Питера Грина (хотя их большинство), но и другой блюз. Блюз других великих исполнителей, но всё равно всё вращается вокруг британского блюза второй половины 60-х, Fleetwood Mac и John Mayall’s Bluesbreakers

Подписка на новости
Работает без перезагрузки страницы