Темы

Chicago Blues

&2L&       Начну рассказом об одном человеке. Человек этот - ключевая фигура нашей сегодняшней главы. То был очень бедный человек, родился он чернокожим в первой четверти 20-го века, начало жизни провел в деревенской местности на Юге США. Все, чему этот молодой мужчина научился годам к 20-ти годам, так это вкалывать как мул от рассвета до заката, получая два -2 с полтиной доллара в день. Работа была простая - выращивать и собирать хлопок и кукурузу на чужом поле. Своего у нашего героя не имелось. Правда, землевладелец выделял ему надел, который под силу обработать либо одному издольщику, либо его семье. Все его имущество было домишко, с земляным полом или на сваях, вокруг бродили куры-свиньи, огородец, жена да небо над головой без края. Имелся и досуг: в воскресение или в скучное межсезонье - карты, самогонные виски, танцы-шманцы под гитару или патефон в их сельском негриянском клубе-сарае - джук-джойнте. Ну, в общем, такая вот картина.
     Певцом, который подыгрывал себе на гитаре, был как раз тот человек, о котором я рассказываю, тот молодой чернокожий. Еще ему нравилось слушать радио. В сороковые годы приемник там уже не был такой уж редкостью, как и граммофон кстати. Радио было особым миром - и музыкой, и театром, и сериалами, и бейсболом с боксом и новостями о далекой большой войне. Наш герой заметил, что среди волшебных голосов немало принадлежало чернокожим! А джаз, например! И блюз тоже. Радио звучало как позывные какого-то другого, веселого и светлого мира, ”Где гуляют и пьют без закуски”. Это был голос города.

&3L&

      В 40-е годы негры тысячами снимались с места и ехали на север - в Детройт, Чикаго, Мемфис. Если сказать честно, Штаты во время Войны не столько пострадали, сколько приобрели. Война дала мощный стимул для развития промышленности, и в индустриальных центрах, например, в Чикаго был гигантский спрос на рабочие руки.
      Так вот о нашем герое, который до сих пор в этом рассказе сохраняет инкогнито (и на то есть свои причины - потерпите, все разьяснится). Наступал день, когда он решает: все, больше мне делать здесь нечего, еду. Закрывал свою лачугу, садился на «Иллинойский скорый» - на поезд, который выходил из Нового Орлеана, стучал колесами по штату Миссиссиппи, подбирая там на крошечных полустанках десяки таких же искателей лучшей жизни, потом на Сент - Луис, через Мемфис, конечный пункт - Чикаго.

      Ну, и что он мне рассказал и при чем тут чикагский блюз, спросите вы?
Я рассказал вам начало биографий большинства музыкантов чикагского
блюза. Образ получился собирательный, но не отвлеченный. Мадди Вотерс,
Джими Роджерс, Отис Раш, Вилли Диксон и сотни других могли бы взять
мой рассказ и переписать в свою анкету. Да, начало у всех было
одинаковым, ну может быть, за небольшими расхождениями. Все мигранты моментально нашли работу, жилье, компанию, все они были молоды и хотели
развлечься. Некоторые прибыли с гитарами, гармониками, другие купили их здесь же.

      Песни были все старые - знакомые деревенские блюзы на трех
аккордах. Проблема была в том, что, если ты играешь и поешь их для
нескольких десятков человек где-нибудь в музыкальном клубе, в пивной,
должно быть громко. Электрогитара, усилители, микрофоны были уже в
большом ходу с 30-х годов, так что решение нашлось быстро. Музыка
прежняя, звук - новый. Главная формула чикагского блюза.
      Но это не все. Хотя в деревне на танцульках играли тоже 2-3 человека,
настоящий ансамбль, основу которого составляет ритм секция (ударник и
басист), на фоне игры которых ведут свои партии гармоника, гитара,
пианино, придумали на месте, то есть в Чикаго, посмотрев, как это
устроено в джазе. Солист, собственно, был один - певец. Остальные как-
будто тоже солируют, но часто одновременно, и у не подготовленного
слушателя возникает ощущение приятной, ритмичной, немного варварской,
шумной импровизации. Что отнюдь не так – партии инструментов имеют свободу в известных пределах.

&4L&

      Импровизация, конечно, имела место, однако в высших своих проявлениях,
как, например, в музыке Мадди Вотерса, чикагский блюз высоко
дисциплинирован. Артисты у Вотерса менялись, но партии, допустим,
губной гармоники в классическом концертном репертуаре, который
сформировался в первой половине 50-х, всегда - Мадди за этим жестко
следил - исполнялись так, как их сочинил его первый гармонист Литтл
Волтер (на фото). Нотка к нотке.
      Вы легко отличите чикагский блюз, поскольку он играется в большинстве
случаев в одном и том же - быстрее или медленнее - ритмическом рисунке.
Называется он шаффл. Другое дело, что на эту, в общем-то, однообразную
основу художник волен нанизывать сколь угодно разнообразную мелодию.
      Если Дельта Миссиссиппи - колыбель блюза, без Чикаго он, вероятно,
остался бы сугубо фольклорным феноменом. Город превратил блюз в
эстраду, объект шоу-бизнеса. Правда, надо точно уяснить, что в 40-50-е годы,
в период классического чикагского блюза, его максимального расцвета
популярность стиля не распространялась дальше нескольких районов города
Чикаго (Южная сторона), негритянских гетто нескольких других индустриальных городов, типа Детройта, и сельских районов Глубокого Юга.


     В связи с чикагским стилем или чикагским блюзом нам надо взять на
заметку и запомнить еще один термин – West Side Sound. Дело вот в чем. У электрического городского блюза была своя «теплица», штаб-квартира – South Side. Чуть ли не в каждом втором доме там были точки, где играли эту музыку, впоследствии там же открылись и звукозаписывающие компании. Однако одна из таких фирм расположилась в Западном секторе Чикаго. Называлась она Cobra Records и в силу целого ряда обстоятельств занялась изданием чикагского блюза нового поколения.
      В первой половине 50-х сформировался классический вариант чикагского блюза, который связан с именем Мадди Вотерса. Однако в искусстве так всегда случается: стоит что-то объявить классикой и совершенством, как тут же находятся молодые и дерзские, бросающие вызов бронзовым монументам. Как мне думается, примерно то же случилось, когда в середине того же десятилетия зазвучал блюз Западной стороны или Вест Сайд Саунд. Вест Сайд Саунд - все тот же чикагский блюз, его продолжение и развитие. Однако исполняли его люди, во-первых, поколения ”детей”, то есть Вотерс им в отцы годился. Мадди родился в 1916 году, Отис Раш, «король нового чикагского блюза» на 20 лет его младше. Надо сказать, что почти автоматического в таких ситуациях конфликта поколений не случилось. Если Раш или Бадди Гай, или Меджик Сэм участвовали в одном концерте с ”отцами”, молодые всегда шли в первом отделении, то есть как прелюдия к главному блюду. Они и сами признавали главенство патриархов, а те благосклонно называли ребят с Западной стороны ”сынок”.

&5L&

      Вест Сайд Саунд привнес много нового в чикагский блюз. Если старые шаффлы были просты и незатейливы по мелодии, которую вели расслаблено и нарочито мужественно, даже грубовато, ”западники” вкладывали в свое пение замечательную звенящую экспрессию, присущую церковному пению госпел. Их голоса взмывали, вибрировали, в них был плач и мольба. Мелодия была ярко выражена и довольно сложна.
     Изменилась роль гитары. Из аккомпанирующего инструмента она превратилась во второй голос. Центральной фигурой Вест Сайд Саунда стал не просто певец, подыгрывающий себе на гитаре, а певец-сологитарист, инструментальная работа которого звучала как продолжение вокала или уж, во всяком случае, не уступала ему в экспрессии. Часто вместо привычной усиленной гармоники, в которую дули прижав к микрофону (ее еще называли мисисипский саксофон), теперь использовали обычный саксофон.
      Гитару сделали в 100 раз громче, играли на ней не аккордами, а брали отдельные ноты, которые звучали с сустейном, с задержкой, струны подтягивали пальцами вверх-вниз, вибрировали ими, заставляя переходить от хохота к рыданию и вою. Гитаристы перестали сидеть на стуле и стояли перед публикой в полный рост, тем более что многим впоследствии взбрело в голову выделывать на сцене разные штуки, про которые говорят ”делать шоу”, и которые сидя производить затруднительно.
      Сами представители Вест Сайд Саунда с раздражением относились к этому термину и считали его примером навешивания ярлыков. В чем-то они правы, поскольку блюз, сделанный в Чикаго, к концу 50-х, вобрав в себя черты всех тенденций, новшеств, влияний десятилетия, в основе всё равно остался тем, чем являлся изначально. Блюз из Чикаго распространился по всей стране, а позже и в Европу.

&6R&

P.S. Конечно, текст страдает фактической неполнотой, за что я как автор приношу извинения. Напомню, что он является переработкой пары моих передач на радио несколько лет назад, и не имел целью дать полный образ столь сложного феномена, каким является чикагский блюз. В нём, например, отсутствует упоминание о Chess Records - ни в коем случае не отделимое от темы. Таковы уж издержки жанра радиопередачи: в короткий её формат всего не уместишь. Тем увлекательней будет в будущем уточнение опущенных деталей.

АК

Возможно, если просто воспринимать диск как развлекательную музыку, всё покажется ОК. Однако в нашей стране к бритроку у публики особое, пристрастное отношение – музыка известна тут массе людей до ноты, до нюанса, до малейшего вздоха вокалиста. Интерпретировать её – большой риск попасть под огонь брюзжания и неприятия  фанатов великой троицы

В случае с проектом “Blues And Boogie» можно сказать: классику чёрного блюза интерпретирует классик американского рока. Звучит диск поразительно свежо и энергично

Новый диск Лопеза - это то, что надо любителям блюз-рока по ту и эту сторону Атлантики. Звук увесист, сочен, и диск, что называется, "качает", свидетельствует известный сетевой обозреватель Роман "The Metal Traveler" Химич

Марция Болл посвятила свою новую работу музыкантам Аллену Туссену, «Толстяку» Домино и Баквит Зайдеко. Их влияние присутствует практически на всех записях

Green and Blues максимально точно отражает содержание диска. Здесь не только песни и композиции Питера Грина (хотя их большинство), но и другой блюз. Блюз других великих исполнителей, но всё равно всё вращается вокруг британского блюза второй половины 60-х, Fleetwood Mac и John Mayall’s Bluesbreakers

Подписка на новости
Работает без перезагрузки страницы