Темы

Jimi Hendrix

&2L&     В спор на тему «Кто является истинным новатором-гитаристом в блюзе?» ввязываться не стану. Это одна из любимых тем новичков и дилетантов. Нет, я не считаю себя слишком умным, однако куча прочитанного и услышанного за 30 лет дает мне основания не напрягаться по этому вопросу: то, что раньше казалось сложным, глубоким и запутанным, теперь обрело ясность, стало простым.

     К изначальному генезису блюза в первой половине 20-го века приложили руку многие артисты. Роберта Джонсона я ставлю последним в их длинной цепочке (и первым в своём рассуждении) не столько в соответствии со сложившимся и несколько преувеличивающим его величие стереотипом (Джонсон – венец творения Дельта-блюза), сколько из соображений простоты. Все-таки наш сайт занимается так называемым современным блюзом, а в силу ряда субъективных обстоятельств проще стартовать именно с Роберта Джонсона.
     Хотя, возможно, справедливее начать все-таки с Ти-Бон Волкера. Он первый истинный новатор, революционер, пионер, экспериментатор и проч., и проч., - короче говоря, первый блюзовый электрогитарист, основоположник «contemporary blues».
     Второй, по моей шкале, Мадди Вотерс, а с ним на одну ступеньку воображаемого пьедестала я возвожу гитариста Мадди Джимми Роджерса. Тут и обсуждать нечего: они создали электрогитару чикагского стиля, саунд Чикаго.

      Дальше определять революционеров и новаторов сложнее. Со всех сторон настойчиво подсказывают, что в 50-е годы среди новых гитаристов первейшим нужно считать Би Би Кинга. Он – гигант и т.д. Кинг мой любимец, признаюсь, но истина дороже. Да, он был, вероятно, самым мощным, активным, даже агрессивным талантом, сделавшим массу неоценимого для продвижения нового гитаризма – для single string style. Однако куда деть в этой спорной шкале пришедшего заметно раньше Лауэлла Фалсона? Я уж не говорю о «младотурках» «вест-сайд саунда» – о Мэджике Сэме, Бадди Гае, Отисе Раше, Фреди Кинге. Вот уж кто научил последующий рок подтягивать струны, играть с дисторцией и сустейном. Для меня истинным новатором второй половины 50-х годов, во всяком случае, символом (и компромиссной фигурой в заочной дискуссии) перемен в блюзовой гитаре был, есть и будет Отис Раш с его бессмертными записями на фирме «Кобра».

     Очередную остановку в эволюции блюзовой электрогитары надо предпринять в Англии в середине 60-х годов. Что сделали Клэптон, Джефф Бэк, Джимми Пейдж? Они взяли музыку Отиса Раша и Би Би Кинга и …. раздули заложенное в ней в сто раз, сыграли ее в сто раз громче для аудитории во сто тысяч крат больше, чем та, для которой выступали ее создатели. Нужно ли их считать революционерами и новаторами? Двух мнений быть не может – конечно, да. Они создали блюз-рок.
     И это, как казалось, все, что можно выжать из чикагского блюза, из блюза, занесенного в Британию из Мемфиса. Так казалось.

&3L&

     Однако точку в эволюции блюзовой электрогитары поставили не англичане, а вторгшийся в их уютный и самодовольный мирок бесноватый негр из Сиэттла. Он двинул искусство блюзового «стратокастера» за пределы понимания молодых лондонцев. И дело было не столько собственно в умении играть на гитаре, в котором, кстати, Джеймс Маршалл Хендрикс, по признанию самих британцев, превзошел их, а в музыкальном воображении, в безумии и абсурде, в свободе, с которыми он использовал инструмент. Англичане оказались логичными в своем новаторстве, Хендрикс – открыл новую и последнюю дверь.
     Блюз – простая музыка. Не стоит искать в ней технических глубин. Это мое глубокое убеждение. Освоить технику блюза может каждый серьезно желающий этого буквально за несколько месяцев. Играть блюз так, чтобы его слушали – тут другая проблема. Такое дано единицам.
     Вы можете упомянуть целый ряд пришедших за Хендриксом гитаристов, начиная, конечно, со Стиви Рэя Воэна, но никто из них не может считаться открывателем чего-то нового. Поистине беспредельное воображение Хендрикса, помноженное на технологические находки, плюс то неуловимое, необъяснимое и метафизическое, что бродит в крови, в нервах любого чернокожего, - вот что сделало его последним гением блюза. Хочу подчеркнуть – не гениальным исполнителем, а именно первооткрывателем.
     За техническими разъяснениями и профессиональными комментариями относительно музыкально-шумовой кухни Хендрикса обращайтесь к профессиональным гитаристам и звукоинженерам – к их цеху, я, к сожалению, не принадлежу. Уверен, они подтвердят сказанное мной, а также добавят, что фантастический левша возможно, был вообще последним великим гитаристом. После него последовали просто хорошо, прекрасно, блестяще и т.д. владеющие инструментом.

АД 26.11.04

Возможно, если просто воспринимать диск как развлекательную музыку, всё покажется ОК. Однако в нашей стране к бритроку у публики особое, пристрастное отношение – музыка известна тут массе людей до ноты, до нюанса, до малейшего вздоха вокалиста. Интерпретировать её – большой риск попасть под огонь брюзжания и неприятия  фанатов великой троицы

В случае с проектом “Blues And Boogie» можно сказать: классику чёрного блюза интерпретирует классик американского рока. Звучит диск поразительно свежо и энергично

В “Shine Bright” вы найдёте блюз, буги, баллады, зайдеко и ещё много мелодических «солнечных зайчиков» прочей американы . Держите пластинку при себе на случай, если вам потребуется подзарядиться позитивом

На памяти авторов BN столь парадоксальное присутствие наблюдается впервые за многие годы. Поистине загадочное явление: изданная на 4 cd во Франции в 2010 (по лицензии) коллекция находится среди бестселлеров США!

Green and Blues максимально точно отражает содержание диска. Здесь не только песни и композиции Питера Грина (хотя их большинство), но и другой блюз. Блюз других великих исполнителей, но всё равно всё вращается вокруг британского блюза второй половины 60-х, Fleetwood Mac и John Mayall’s Bluesbreakers

Подписка на новости
Работает без перезагрузки страницы